«Делёзианская коучинговая машина»… и ее последствия

В «делёзианскую коучинговую машину я попала в мае, в Дании, во время встречи «Блошиного Комитета» — группы выпускников международного курса Далвич-центра 2007/08 года. Я один раз рассказывала об этом во время последнего приезда в Москву, но чувствую, пришло время написать об этом подробнее.

Сразу дисклэймер: Это не терапевтическая практика. Она была придумана не в расчете на терапевтический контекст. Она может быть как полезной, так и вредной. Здесь я просто хочу рассказать о своем опыте и своем понимании этого опыта и его последствий, в надежде, что это вас на что-то вдохновит.

«Делёзианскую коучинговую машину» придумал и воплотил для нас Ким Гёртц, «индустриальный философ» из Копенгагена. Он занимается по жизни тем, что рассматривает работы того или иного философа и дальше творчески размышляет, как можно было бы приложить идеи этого философа к практике коучинга. Сам он при этом коучингом не занимается, он о нем философствует. И это тоже вполне интересное и, скорее всего, оправданное времяпрепровождение. Ким Гёртц написал диссертацию о применении идей Жиля Делёза в коучинге. На вопрос, почему он выбрал для диссертации именно Делёза, он ответил прямо и скромно: «потому что больше никого не осталось» — в смысле, обо всех других (или о многих) он уже написал книги.

Теперь о Делёзе. Признаюсь честно: чтение работ Делёза для меня в зоне ближайшего развития. Все, что я знаю о Делёзе, я знаю из чтения словарей, некоторых материалов Майкла Уайта, а также из презентации Джона Уинслэйда и таки Кима Гёртца. Майкл Уайт в последние годы видел в номадологии Делёза и Гваттари одну из возможных методологических основ нарративной практики, и употреблял понятия «пространства между», «детерриториализации» и «линий ускользания/бегства». Два последних я еще как-никак понимаю. Доминирующие истории и дискурсы задают территорию, на которой человеку «надлежит быть». Но человек — не вещь, а множество, он постоянно вырывается с этой территории в множество разных сторон, «детерриториализуется», перемещается по «линиям ускользания» в новое, непредвиденное, и там может вновь до поры «территориализоваться». Ким Гёртц подчеркивает, что, согласно Делёзу, смысл располагается не внутри понятий, а в пространстве между понятиями (так же как и смысл истории, рассказа — не в самих событиях, его составляющих, а в связях между событиями). Он также отметил различие между тем, что называется у Делёза «паранойей» (иначе говоря, насильственным упорядочением и контролем) и «шизофренией» (свободной, ничем не ограниченной спонтанностью, непредсказуемостью). На самом деле, он говорил еще много чего, но я это сейчас не воспроизведу.

Задачей «делёзианской коучинговой машины», сконструированной Гёртцем, было дать участникам мероприятия на своей шкуре прочувствовать, что такое движение в «гладком» пространстве, т.е. пространстве непредсказуемости, а также дать им опыт «детерриториализации» и движения вдоль «линий ускользания».
«Машина» была сконструирована следующим образом: на полу был начерчен ромб, на каждом из углов ромба стояло три стула, и по одному стулу стояло на каждой из сторон ромба. На каждом стуле лежала метка, обозначающая определенную позицию. Выглядело это вот так:

Соблазн
Доверие
Бытие

Власть/Сила Намерение

Продуктивность Свобода
Ответственность Жизнь Мужество
Становление Социальность

Тяжесть/Серьезность Интенсивность

Понимание
Присутствие
Надежда

Листочек с надписью «жизнь» лежал просто на полу и все «центрировал», а на позициях, покрашенных синим, сидели люди и задавали заранее заготовленные вопросы. Вопросы были на связь двух понятий. Сейчас объясню, что имеется в виду.

Нас было четверо, тех, кто проходил сквозь «машину». Нам было велено припомнить проблему, с которой хотелось бы разобраться. Никаких уточнений, какая проблема больше подходит для работы в «машине», а какая меньше, дано не было. Похоже, что Ким сам не знает, он «машину» придумал, но проходил ли он ее сам, или он в нее просто «вбрасывает» людей, осталось неизвестным.

С проблемой каждый из нас приходил и садился на стул Доверия. И в течение 1-2 минут рассказывал о своей проблеме. И тогда человек, отвечавший за Бытие, и человек, отвечавший за Соблазн, начинали задавать вопросы. Примерно такие:
— Кем ты являешься, когда ты доверяешь?
— Как состояние, когда тебе доверяют, отражается в твоем теле?
— Как ты выстраиваешь жизнь для того существа, которым ты становишься?

— Что доверие соблазняет тебя говорить или делать?
— Каким образом соблазн бросает вызов доверию в твоей жизни?
— Каким образом соблазн и доверие могут присутствовать в твоей жизни одновременно?
— Что в жизни кажется тебе наиболее соблазнительным?

На это уходило еще 1-2 минуты. Потом подходил Ким и пересаживал того, кто двигался сквозь машину, на одиночный стул с надписью Намерение. Там в течение 3-4 минут была возможность записать новое понимание, вопросы, то, что вышло на первый план. Потом опять подходил Ким и пересаживал на следующий стул — стул Мужества; человек рассказывал о проблеме и люди с позиций Свободы и Социальности задавали свои вопросы. Примерно такие:
— Где в жизни тебе бы хотелось иметь больше мужества в контексте твоей социальности?
— Как для тебя связаны социальность и мужество?
— О каких жизненных ценностях ты вспоминаешь, когда думаешь о том, каким образом в твоей социальности проявляется мужество?

— Сколько мужества необходимо твоей свободе?
— Что для тебя значит свобода в связи с мужеством?
— Что переживание мужества делает со свободой в твоей жизни?

Дальше человек оказывался на стуле Интенсивности и снова мог записать новое понимание, вопросы, то, что вышло на первый план. Потом он оказывался на стуле Присутствия, а люди с позиции Понимания и Надежды задавали следующие вопросы:
— Связаны ли для тебя как-то надежда и присутствие?
— На что ты надеешься, когда думаешь о присутствии или переживаешь присутствие?
— Выражается ли каким-то образом надежда в твоем переживании присутствия?
— Влияет ли надежда на переживание присутствия в твоей жизни?

— Насколько для тебя связаны присутствие и понимание?
— Когда понимание имело наибольшее значение для твоего присутствия?
— На что присутствие и понимание (проявленные тобой или в отношении тебя) могут вдохновить тебя в будущем?

Дальше человек оказывался на стуле Серьезности/Тяжести и снова записывал осознавание. Следующий стул — стул Ответственности. Там люди с позиций Продуктивности и Становления задавали следующие вопросы:
— Нравится ли тебе, когда тебя назначают ответственным за продуктивность?
— Каков самый важный продукт, за создание которого ты отвечал?
— Что тебе приходится делать, чтобы твоя продуктивность была ответственной?
— Как ответственность влияет на твою жизнь?

— Что приходит в голову, когда ты думаешь о том, чтобы стать ответственным?
— Как связаны «стать ответственным» и твой жизненный проект?
— Что потребуется от тебя, если ты решишь встроить задачу стать ответственным в свой жизненный проект?

И, наконец, последний стул — стул Власти/Силы. Тут задачей было понять, с чем мы выходим из «машины» обратно в мир, как мы теперь можем обойтись с той проблемой, которую мы внесли.

То есть всего эта смысловая мясорубка занимала примерно 25 минут. Итоги были такие: у меня произошли серьезные позитивные сдвиги в понимании проблемы, еще одной барышне сильно не понравилось, еще двум было «никак». Месяц спустя я их спросила о том, что изменилось, и выяснилось, что у меня проблема практически решилась, у той, которой сильно не понравилось, осталось чувство разочарования и обиды, а проблема не решилась, у остальных двух появилось больше степеней свободы в задавании вопросов во время работы в сфере консультирования и терапии. Остальные участники и наблюдатели пришли к выводу, что так проводить учебные занятия неэтично, нужно больше заботы о тех, кто оказывается «в машине», но некоторые идеи полезны.

Я задалась вопросом, почему же для меня в тот момент это было так хорошо, и что мне с этим делать дальше. Во-первых, я выбрала проблему, которая была для меня актуальна в настоящем и в будущем, и ее решение во многом зависело от меня. Задача была — найти правильную позицию по отношению к проблеме и понять, каков будет следующий шаг. У меня была готовность решать проблему, и, возможно, перефразируя Ричарда Баха, для решения проблемы мне в тот момент «сгодилась бы и старая газета, если ее очень внимательно читать». Мне было важно, чтобы меня с территории непонимания и тупика «выпихнули» на любую другую территорию. Как в диалоге Алисы и Чеширского Кота: «Куда мне идти? — Это зависит от того, куда ты хочешь попасть? — Все равно куда, лишь бы выбраться из этого ужасного места! — Тогда все равно, куда и идти…»
Я сразу взяла на себя ответственность за то, чтобы мне «в машине» было по максимуму удобно, полезно и безопасно. В этом смысле мне было очень хорошо, что надо было записывать свою рефлексию на одиночных стульях. Я быстро-быстро писала то, что приходило мне в голову. Чтобы эти линии ускользания были отражены в моих записях, я превратила их в «трамплинчики» по Адамс — незаконченные предложения: «Я намеренно…», «Я интенсивно…», «Мне тяжело…», «Я серьезно отношусь…», «В моих силах….»
При этом я старалась «оставлять старое позади», то есть, оказываясь на каждом новом стуле, где надо было рассказывать о проблеме, я пересказывала историю иначе, так, чтобы в центре и на первом плане оказывалось мое новое понимание, осмысленное на предыдущем одиночном стуле. То есть, каждая пара вопрошающих слышала от меня разные версии истории.

Девушка, которой сильно не понравился процесс и результат, делала строго наоборот. Она везде рассказывала одну и ту же историю о проблеме в прошлом, завершившейся ситуации, решение которой зависело не от нее, и не знала, о чем писать на одиночных стульях.

Сейчас я приведу фрагмент моих записей для примера:

«Когда меня соблазняют какие-то потенциально приятные возможности, я могу потерять доверие к себе. Я намеренно стремлюсь к тому, чтобы у меня был Попутчик, и, похоже, я втискиваю других людей в эту роль, вместо того, чтобы создавать пространство для уникального опыта взаимоотношений, которые у нас с ними могли бы быть.
Требуется много мужества для того, чтобы изменить сложившееся положение вещей, если альтернативой свободе являются добровольно взятые на себя обязательства, а выбор свободы может быть понят как предательство. Если бы у меня было мужество признать, каких отношений и с кем я хочу, что могло бы измениться? Нужно мужество, чтобы признать, что тебе больно, потому что после такого признания может стать еще больнее. Мне нужно интенсивно осознать и сформулировать, каких отношений я хочу с теми, кто, как я мечтаю, мог бы стать моим Попутчиком, и понять, каким образом эти отношения могут существовать, не причиняя вреда.
Надежду терять страшно. Я пытаюсь держаться за надежду, хотя это заставляет меня утрачивать присутствие в отношениях с людьми, с которыми я сейчас рядом. Когда я теряю надежду, присутствие — это единственное, что помогает мне выжить. Присутствие для меня — это отсутствие надежды. Как возможно для меня исполненное надежды присутствие? Не навязывающее себя признание того, что я хочу, чтобы ситуация была иной? Что могло бы помочь мне отпустить эту тяжесть? — Не знаю.

Я чувствую себя ответственной за то, чтобы по возможности не причинять боли другим людям. Но я чувствую также, что этой ответственности мне немножко слишком много, это может быть как раз та соломинка, которая сломает спину верблюда. Что я могу сделать, чтобы эту ответственность стало легче нести? Как я сама могу быть легче и more gracious в отношениях с людьми? Хочу мира и прощения. В моих силах найти способ выстроить отношения со значимыми людьми так, как оптимально в этот конкретный период времени. Нужно специально бережно подумать об этом. Хочу быть полностью честной хотя бы с собой. В моих силах написать письмо конкретному человеку — и не отправить… я так защищаю его от всего, в том числе от себя, может, это не нужно? Сбросить эту тяжесть. «Сначала наденьте кислородную маску на себя… и дышите нормально».»

Сейчас, когда прошло больше двух месяцев с момента прохождения сквозь «машину», я часто ловлю себя на том, что воспринимаю некоторые ситуации общения и рефлексии как сидение на разных стульях, описанных выше. В частности, 16 тем, по которым я пишу, выступают для меня как вопросы: «Как связано то, что для меня актуально сегодня, с этой конкретной темой?». Также и значимая переписка, которая у меня сейчас идет с несколькими людьми, заставляет меня задумываться о том, как связаны затрагиваемые темы и то, что актуально сейчас. Думая и отвечая в формате свидетельского отклика, я задаю себе вопрос: «Что для меня выделилось в той информации, которую я получаю? С какими важными темами это для меня связано? Куда меня привело размышление об этом?» И это где-то записывается, либо в 16 темах, либо в письмах, либо еще где-то. Остается ощущение, что я действительно двигаюсь куда-то, что-то оставляю позади, иначе смотрю на настоящее и на значимое.

«Делёзианская коучинговая машина»… и ее последствия: 3 комментария

  1. Из комментов к посту в ЖЖ:

    Я называю эту «машину» смысловой мясорубкой, потому что «дадите на входе лабуду, получите на выходе лабуду». В таком блиц-формате (когда высокоабстрактные вопросы выстреливают в тебя, не особенно прислушиваясь к твоим ответам) баланс движение/безопасность сдвинут в пользу самоподдерживающихся. Мне было, например, все равно, слушают вопрошатели мои ответы или нет. А девушка, которой не понравилось, очень жаловалась, что в ней «не видели человека» и разговаривали с ней «не по-человечески». У меня, видимо, не было таких ожиданий от этого мероприятия.
    Вопросы формулировали сами вопрошатели, Ким им дал задание «придумать вопросы, в которых были бы связаны два или три понятия — ваши позиции». Потому что смысл этих вопросов — не в порождении/открытии «верных ответов», даже «верных для этого человека ответов», а в «расшевеливании» пространства-между понятиями, пространства порождения смысла. И вот тут я сама себе задавала вопрос: «Как вот это вот, порождающееся в пространстве-между под воздействием этих вопросов, позволяет мне по-новому рассмотреть мою проблему? Куда это меня выпихивает?..»

    Про письменную практику у меня очень откликается. Мне кажется, что Ким тут верно выбрал точку старта и последовательность шагов — сам акт рассказывания историй невозможен без доверия.

  2. работа велась на английском, но только для двоих присутствовавших это был родной язык. Но это был единственный общий язык для 17 человек, включая датчанина Гёртца.
    я достаточно часто употребляю слова «мужество», «становление» и им подобные… мы в нарративном подходе довольно много слов достаем с дальних полок, отряхиваем от пыли, проветриваем и используем… то же слово «честь», например.

    Ответы здесь совершенно не должны были быть адекватными. Иногда бывало так, что зададут тебе вопрос, ты только рот откроешь, чтобы хоть что-то сказать, а тут приходит Гёртц и директивно пересаживает. И все равно оно работало.

    Если бы я употребляла нечто подобное в терапии, я бы несомненно больше уделяла времени подготовке человека, с которым ведется работа. И категории, с которых задаются вопросы, были бы выработаны специально с учетом анализа речи человека, с которым ведется работа, и инсайдерского знания тех людей, которые раньше сталкивались с подобными проблемами.

    У нас это было обучающее мероприятие для группы, и Гёртцу, как я понимаю, надо было решить задачу «сделать что-то практическое про Делёза на 16 человек минут на сорок вместе с обсуждением». Ну, вот он и посадил восемь человек на стулья, четверых запустил в «мясорубку», а четверых посадил по периметру вдоль линий бегства наблюдать за телесными аспектами переживаний тех, кто там путешествовал внутри. Группа работает вместе уже почти два года, и они друг другу далеко не «сторонние» люди.

    Как предложила выше nasse, из этого можно сымпровизировать письменную практику, а тогда можно вообще обойтись без стульев и хождений. И без коуча.

  3. Спасибо, Дарья. Мне было интересно прочитать об этой письменной практике. Я подумала о том, как же мне не просто найти правильную позицию по отношению к моей проблеме! И что если я «оставлю старое позади» и почувствую себя «раздетой»?

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: