Психотерапевтические школы и их развитие — по А.И.Сосланду

Первый раз я читала книгу Александра Сосланда «Фундаментальная структура психотерапевтического метода, или Как создать свою школу в психотерапии» (Москва, «Логос», 1999 год) в 2002 году. А в этом году я снова вспомнила о ней, когда мы с коллегами из международного нарративного сообщества взялись обсуждать проблему психологической колонизации. Под «психологической колонизацией» в данном случае понимается навязывание определенного понимания человеческих трудностей и невзгод, а также способов справиться с ними, — и следующая из подобного навязывания моральная и материальная выгода. Интересно взглянуть на распространение психотерапевтических школ и направлений именно в контексте захвата и дележки идеологических пространств, подобно тому, как, например, Англия, Франция, Испания и Португалия когда-то делили Новый Свет.


У Сосланда именно такой интересный заход: делается допущение, что терапия нужна не только «клиентам» для того, чтобы решать проблемы и жить лучше, но и самим терапевтам зачем-то. Тривиально, но факт: зачем-то она им нужна. Очень интересная такая практика, эффективность которой доказать непросто, но зато она дает прелюбопытнейшую властную позицию в отношениях с теми, кто обращается за помощью. И Сосланд делает следующее допущение: что психотерапия, существующая в «школьном» формате (в смысле «психотерапевтической школы, или направления), нужна терапевту для того, чтобы формировать собственное идеологическое пространство в соответствии со своими предпочтениями, и рекрутировать (соблазнять к участию в нем) последователей и клиентов.

Психотерапевтические школы и их развитие

Каждая психотерапевтическая школа, если понимать ее подобным образом, существует как ответ на какую-то имеющуюся в мире (обществе) проблему, которая определенным образом преломляется в клинической реальности. Основатель школы описывает проблему и дает способ ее решения — как в клинической реальности, так и в более широком социальном пространстве. При этом этот способ может быть подражательным (миметическим) ответом на какую-то культурную практику, понимаемую как вызов-пример. Различные школы, естественно, конкурируют друг с другом за клиентскую и психотерапевтическую «паству», поэтому тратят много времени и усилий на отмежевывание друг от друга и взаимную критику, которая, впрочем, ведет к развитию методов. Альтернативный вариант — так называемый «эклектически-синтетический проект», когда собираются разные взгляды и техники, либо сплавлением, либо бутстрэпным методом («пришнуровыванием»), в некое в большей или меньшей степени жизнеспособное целое, большую или меньшую эффективность которого по сравнению со «школьной» терапией доказать (пока?) невозможно.

Каждая психотерапевтическая школа объединяет в себе теорию, метод и институциональную структуру, более или менее жесткую. История развития психотерапевтической школы неразрывно связана с биографией ее основателя. Сосланд предлагает следующую периодизацию развития школ: первая стадия представляет собой бойцовско-героический период — это энергичная борьба за место. Вот что пишет Сосланд:

«Как известно, поначалу школа формируется, по меткому наблюдению Карла Ясперса «как секта, формируясь вокруг глубоко почитаемого гуру-учителя» (К. Ясперс, 1973, стр. 685). Исторические нарративы, описывающие становление школы, неизбежно сконструированы из элементов действия и противодействия, борьбы и сопротивления. Биография создателей метода – неотъемлемая часть такого нарратива. Важно, что эта биография не внеположна ему, как это имеет место в естественных науках, но так или иначе встраивается в структуру метода. Хорошо известно, например, что инфантильные переживания Фрейда имеют непосредственное отношение к формированию концепции эдипова комплекса. Опыт пребывания Виктора Франкла в концентрационном лагере неразрывно связан с ядром логотерапевтической доктрины. Школьно-исторический нарратив первоначально разворачивается именно вокруг структуры личности создателя метода. Повествование о начальном периоде развития каждого метода почти всегда носит бойцовско-героический характер. Этот период заполнен энергичной борьбой за место в психотерапевтическом мире» (с.22).

Вторая стадия — стадия экспансии, когда метод обрастает последователями. Сосланд описывает следующие формы экспансии: 1) клиническая: «Обычно дело обстоит таким образом, что определенный метод разрабатывается применительно к одному какому-нибудь кругу клинических проблем. Впоследствии этот круг может быть расширен. И, таким образом завоевывая для себя все новые клинические или проблемные сферы, он приобретает в конце концов характер некоей панацеи, становясь в большей или меньшей степени универсальным» (с.23); 2) патографическая: «патографией следует считать любое усмотрение, описание и анализ психопатологических и патопсихологических феноменов за пределами собственно психиатрической и психотерапевтической деятельности. «За пределами», то есть в таких областях как культура, искусство, наука, религия, история, общественная жизнь. Почти каждое направление в психотерапии создает собственную патографию или, во всяком случае, проявляет склонность к ее созданию» (с.24-25); 3) доктринальная — ситуация, когда клинический метод претендует на то, чтобы превратиться в мировоззренческую систему: «При таком раскладе без его, психотерапевта, консультировании уже не обойтись далеко за пределами психотерапевтического кабинета. Таким образом, терапевтическая, она же школьная, идеология, в интересах терапевта почти неизбежно выходит за собственные профессиональные границы» (с.28); 4) институционально-организационная: «Любое психотерапевтическое учение, подобно религиозной секте, деятельно стремится расширить свое влияние в мире, рекрутируя все новых и новых последователей, создавая все больше и больше исследовательских и обучающих центров по всему миру, расширяя свой информационный поток через периодические издания, монографии, средства массовой информации. В конце концов мы получаем из первоначально органиченного психотерапевтического метода, вокруг которого образовалась группа единомышленников, крупную транснациональную институциональную империю» (с.28-29).

На стадии экспансии происходит распространение биографического нарратива основателя школы: «[этот нарратив] оказывает решающее влияние на создание образа метода, и именно этот образ в итоге определяет привлекательность метода. Школьный апокриф начинается с повествования о раннем героическом периоде борьбы. Зажигание в моторе школьной машины желания включается агрессией против предыдущей психотерапевтической системы, натурально препятствовавшей новому отцу-основателю в утверждении иного метода, исключительно эффективного по сравнению с предшествующим. Неизбежной частью такого нарратива является повествование о чудесных исцелениях, демонстрирующих понятную историческую необходимость совершенного открытия, равно как и победоносная борьба с консервативным окружением. Повествование разворачивается по направлению от чудесных исцелений к процессу широкой экспансии по всем описанным направлениям» (с.29).

Следующая стадия в развитии психотерапевтической школы — стадия инфляции. «Этот этап упадка характеризуется осознанием моральной устарелости направления и сопровождается утерей к нему интереса, отходом от него последователей и так далее. Сдвиги в истории психотерапии аналогичны изменениям в истории литературы, смене ведущих литературных стилей.

Моральное утомление связано также с выходом школьных методов за пределы профессионального обихода. Идеи психотерапевтической школы, обретая определенный резонанс за пределами профессионального сообщества, могут вследствие этого оказывать скорее общественно-профилактическое воздействие. Приходя к психотерапевту, пациент может многое знать как о своих неврозах и комплексах, так и о методах борьбы с ними. Борьба с дилетантским психоанализом стала проблемой еще для Фрейда. Усилия создателей метода и их последователей по распространению их детища в итоге могут обернуться против них самих.

В отдельных случаях влияние психотерапевтической школы настолько велико, что может оказывать серьезное воздействие на изменение сознания общества в целом, на отдельные черты культуры вообще. Дискурсы, порожденные в обстановке врачебного кабинета, порой превращаются в лозунги общественных движений или становятся основой повсеместно распространенных практик. Эти движения, в свою очередь, инициируют определенные сдвиги в общественном сознании. Происходящие сдвиги хотя бы отчасти снимают с повестки дня те обстоятельства, которые в свое время сформировали вызов, ответом на который было создание метода.

Здесь важно оговориться, что процесс инфляции в большинстве случаев не ведет к полному исчезновению крупного психотерапевтического направления. Последствия инфляции проявляются лишь уменьшением влияния в профессиональном сообществе, ослаблением рыночных позиций, но не полным исчезновением» (с.31-32).
Инфляция метода часто связана с отходом от дел его основателя.

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: