нарративная практика… и мозг

Читаю статью Мари-Натали Бодуэн и Джеффри Циммермана «Нарративная терапия и межличностная нейробиология» (Journal of Systemic Therapies, Vol. 30, No. 1, 2011, pp. 1–13)

Очень многих интересует то, как работает человеческий мозг. Что конкретно происходит там в моменты тех или иных переживаний, событий? Исследовательские технологии постоянно совершенствуются, и становится возможно получать все более конкретные ответы на этот вопрос. Бодуэн и Циммерман в своей статье размышляют о том, какие выводы для своей практики нарративные терапевты могут сделать из достижений современной нейронауки.

В частности, исследователям мозга удалось показать, что негативным переживаниям в целом уделяется больше внимания, на них человек фокусируется дольше, и они легче запечатлеваются и в памяти и воспроизводятся при припоминании. У этого есть биологический смысл – распознавание угрозы способствует выживанию. Нейронные системы, отвечающие за негативный аффект, обеспечивают быструю реакцию на угрожающий стимул (без обдумывания). В состояниях сильной тревоги и депрессии больше крови в мозге поступает к миндалине, а кровоснабжение лобных долей уменьшается. Человек сначала что-то делает, причем моментально, а только потом осмысляет сделанное и объясняет себе, что произошло. Объяснения поведения, обусловленного негативными аффективными состояниями, складываются в проблемную историю.
При исследовании уникальных эпизодов, утверждают Бодуэн и Циммерман, развиваются слабые, недоминирующие нервные пути. Когда речь идет об интенциональных категориях, и через формирование понятий (по Выготскому) происходит становление и укрепление саморегуляции, развиваются лобные доли; при этом ингибируется восприимчивость нейронов к некоторым нейротрансмиттерам, секретируемые лимбической (эмоциональной) системой.

Особенно важную роль в этом играет создание условий для эмоционально-насыщенного воспроизведения и «заново-переживания» уникальных эпизодов. Довольно часто в литературе по нарративной терапии исследование уникальных эпизодов представляется как нечто не особенно эмоциональное, а, скорее, когнитивное и поведенческое. Однако, пишут авторы, если смотреть сессии работы Майкла Уайта, очевидно, что исследование уникальных эпизодов – очень эмоционально насыщенный процесс. Добавлю от себя, что слово, которое при этом чаще всего произносит Майкл – это «Wow!»

Бодуэн и Циммерман подчеркивают, что бывают такие клиенты, которые могут подробно рассуждать об уникальных эпизодах, но при этом они не переживают никаких сильных позитивных эмоций. Они и проблему переживают и описывают довольно отстраненно, неэмоционально. Подобная отстраненность сама по себе может быть одним из последствий проблемного и травматического опыта. Такие клиенты чувствуют себя «в целом довольно паршиво», но никаких особенных чувств они при этом не переживают и не могут назвать. Если с такими клиентами не работать над преодолением алекситимии (состояния «нет слов для чувств»), не исследовать, как же именно они себя чувствуют в контексте уникальных эпизодов, в каких условиях и почему, терапевтические беседы оказываются менее эффективными. Например, если клиент говорит, что испытал гордость в связи со своим поступком, можно его расспросить о том, в какой момент возникла эта гордость, как она переживалась в теле, на что она была похожа. Может быть, у нее была музыкальная тема, вкус, ритм, ощущение движения, теплота? При этом лучше начинать расспрашивание с конкретно-чувственных деталей обстановки. Где вы при этом находились? У себя в комнате? А как она выглядит? А окно там есть? Чем дальше отстоит по времени событие от настоящего момента, и чем непривычнее была обстановка, тем больше надо задавать таких вопросов, — конечно, ориентируясь на то, комфортно ли клиенту.

После этого можно расспрашивать о самом эмоциональном переживании. Оно возникло сразу интенсивно, или постепенно усиливалось? Важно попросить клиента, если возможно, вернуться в то состояние и описать изнутри, на что оно похоже. «Если это теплота, то какая? Как у нагретого солнцем валуна, к которому прислоняешься? А какого размера валун? Вы сейчас к нему прислоняетесь? Чем это состояние в вашем теле отличается от других? Может быть, вы как-то иначе дышите? Что при этом происходит вашими мышцами – как чувствуют себя руки, плечи, лицо?» (Бодуэн и Циммерман неоднократно упоминают, что подобное осознавание – то же самое, что происходит в ходе практики внимательности.)

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: